Едва ли в современной России найдется имеющий отношение к школе человек, который ничего не слышал о феноменальных успехах финского школьного образования. Новостные ленты пестрят сообщениями о высоких позициях Финляндии в мировых рейтингах, об отказе финнов от преподавания в школах отдельных предметов и прогрессивном образовательном стандарте, утверждающем приоритет практических знаний и навыков. На мой взгляд, было бы неправильно не замечать успехи наших северных соседей, но восторгаться, не пытаясь разобраться в сути, – еще неправильнее. Поэтому – давайте разбираться.

Сергей Блинов, activityedu.ru. Кандидат технических наук. В прошлом – преподаватель, руководитель интернет-проектов.  О себе: “Пишу о школьном образовании, опираясь на родительский опыт и здравый смысл”.

Пост автора дополнен комментариями авторов сайта.


Краткие сведения о финском школьном образовании

Честно признаюсь: как и подавляющее большинство авторов многочисленных научных и публицистических статей о школьном финском образовании, я никогда не учился в финской школе, не присутствовал на уроках и не читал детальных описаний методик проведения занятий. Возможно, таковых вообще не существует, потому что один из базовых принципов – отсутствие строго фиксированных методов обучения для достижения целей, сформулированных в финском образовательном стандарте.

Подойдет ли России финская модель школьного образованияАвторам сайта представляется практически идеальной модель обучения — правда, взрослых — групп риска (мигранты, студенты со страхом первого трудоустройства, женщины после длительного декретного отпуска и т.д.) в Folkuniversitetet (Sweden): получить в Швеции первую субсидию на обучение очень легко, никаких программ предоставлять не надо. Но отслеживается судьба каждого выпускника! И если спустя полгода после выпуска работают по специальности меньше 85% обучившихся или больше 15% аргументированно недовольны своей должностью и зарплатой, то следующую субсидию эти же люди не получат, а часть полученной ранее придется вернуть. Изумительно!

Некоторые характерные особенности финской образовательной системы вызывают у меня не просто уважение, а подлинный восторг: заработная плата помощника преподавателя – от 2 500 евро, а учителя-предметника с магистерской степенью – до 5 000 евро; классы по 15–20 человек; индивидуальные учебные планы; большой процент учителей-предметников с непедагогическим бакалавриатом и педагогической магистратурой; отсутствие методистов, не умеющих учить, но обучающих, как обучать, и постоянных чиновничьих проверок.

Такая зарплата решила бы СПУСТЯ ЗАМЕТНОЕ ВРЕМЯ много проблем. Но стоят ли нынешние учителя того, чтобы им платили такие деньги?

С другой стороны, согласно исследованиям финской компании Lightneer, финское образование характеризуется такими данными: 25 % школьников очень скучно сидеть на уроках, а еще 50 % просто не понимают, зачем пришли в школу. В Финляндии декларируют отсутствие отстающих школ и учеников, но ежегодно выделяют средства для увеличения финансирования откровенно слабых школ и направления туда консультантов, а детей, у которых отсутствует интерес или способности к учебе, просто оставляют в покое и ориентируют на получение профессии – парикмахера, продавца, водителя автобуса. Дети 12-13 лет, поучившиеся сначала в российской школе, говорят, что в финской школе на уроках им нечем заняться, потому что все, что предлагается, они уже знают и умеют.

Не складывается цельный образ эффективной финской образовательной модели, не правда ли?

Как оценивают успехи финского образования

Результаты, показанные финскими школьниками в рамках Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся PISA, свидетельствуют о высоком уровне финских школ. На эти результаты особенно любят ссылаться эксперты, которые категорически не приемлют любые – федеральные, региональные или городские – школьные рейтинги в России, базирующиеся на количественных учебных показателях. Действительно, странно отрицать неоднозначность подобных оценок, но исследования PISA – это как раз классический пример рейтинга такого рода. Если наши рейтинги школ никуда не годятся, то откуда вдруг такое доверие к исследованиям PISA?

Следует признать, что математические, например, задачи в программе PISA весьма интересны, но для большинства наших школьников они непривычны как из-за их практической направленности, так и из-за необычных формулировок условий задач. С другой стороны, проверял ли кто-нибудь умения финских школьников решать, предположим, практически ориентированную задачу № 17 или систему уравнений с параметром № 18 из нашего профильного ЕГЭ по математике? В Финляндии собираются перейти от предметного обучения к обучению на основе явлений (phenomenon-based learning), то есть будет изучаться не просто математика, а математические модели какого-либо явления – например, процесса глобальной миграции. Такие модели часто сводятся к уравнениям или системам уравнений с параметром. Интересно было бы узнать, как финские школьники умеют решать эти задачи.

Кроме того, не совсем понятно, почему поклонники финского образования напрочь забывают о первом месте российских школьников в международном исследовании PIRLS-2016. Как наши школьники умудрились обойти финнов, если у них такая прекрасная система школьного образования? Или не все так радужно у наших северных соседей?

Подойдет ли России финская модель школьного образования

В 2016 году Россия подтвердила свое лидерство – результаты четвероклассников выросли на 13 баллов по сравнению с предыдущей волной, что соответствует первому месту в рейтинге стран. Сингапурские учащиеся также улучшили свои результаты и заняли второе место, а средний балл Гонконга снизился по сравнению с 2011 годом. Тем не менее, эти страны занимают стабильно лидирующие позиции начиная с 2006 года. Результаты остальных стран в целом не изменились, а учащиеся Новой Зеландии и Франции показали самые низкие достижения за историю участия своих стран в исследовании. Средний балл страны-победителя PIRLS-2001 (Швеции) вырос впервые с 2001 г.

Школьные олимпиады

Когда я сравниваю скромные результаты финских школьников с серьезными достижениями россиян на международных предметных олимпиадах по математике и физике, химии и биологии, географии и астрономии, меня упрекают в чрезмерном внимании к успехам небольшого числа одаренных детей. Отвечу так: во Всероссийской олимпиаде в текущем учебном году приняли участие около 6 миллионов школьников. Не буду утверждать, что все участники школьных олимпиад – одаренные дети, но и называть олимпиады уделом небольшого числа детей – явная натяжка.

Коллеги, очарованные финским образованием, информируют, что северные соседи озабочены отставанием в сегменте работы с талантливыми детьми и собираются разработать программу, которая позволит им исправить ситуацию. Возможно, так и будет, но почему сейчас в рамках существующей прогрессивной модели школьного образования у финнов не появляются талантливые математики, физики и биологи? Все есть: учителя, получающие по 5 000 евро в месяц, индивидуальные образовательные траектории для каждого школьника в любой школе Финляндии, прекрасное финансирование и оснащение всех без исключения школ, отсутствие проверок и давления со стороны чиновников. В России ничего этого нет, но мы обходим финнов в PIRLS и оставляем далеко позади в предметных олимпиадах. Почему? Отвечу коротко: финское образование, на мой взгляд, делает чрезмерный крен в сторону практических навыков в ущерб фундаментальным знаниям.

Брать лучшее из существующих моделей образования

В России, по моему мнению, сложилась стройная система школьного образования, позволяющая детям и их родителям выстраивать образовательную траекторию: подходящая школа найдется как для ребенка, у которого отсутствует интерес или способности к учебе, так и для ориентированного на получение академических знаний школьника.

Среди явных недостатков российской школьной системы отмечу сложность перехода детей из семей с невысоким социально-экономическим статусом из слабых школ в сильные. Ребенок должен быть очень талантливым и целеустремленным, чтобы без помощи учителей и без материальной поддержки семьи проделать этот путь. В Москве, например, администрация школы отнесется к уходу хорошего ученика в сильную специализированную школу крайне негативно, потому что школа лишается потенциальных рейтинговых баллов за олимпиады и хорошие результаты ЕГЭ, которые могут в перспективе преобразоваться в гранты мэра, а значит, в премию. Уход хорошего ученика снижает шансы на получение премии – отсюда и негатив.

С точки зрения эффективно работающих социальных лифтов можно взять пример со школьной системы Германии, где учителя активно помогают мотивированным ученикам подготовиться к соответствующим испытаниям и перейти из хауптшуле в реальшуле и даже в гимназию.

Весьма привлекательно звучит финский тезис об индивидуальных учебных планах каждого школьника, но пока еще никто не показал, как учителю эффективно провести урок в классе, если каждый из двадцати учеников обучается по собственной программе. Подчеркну: не тьютору, контролирующему процесс самостоятельного освоения учащимися онлайн-курсов и время от времени отвечающему на вопросы, а учителю.

Из финской образовательной программы мы вполне могли бы позаимствовать ориентацию не на строго сформулированные образовательные задачи – например, разбитый по классам перечень обязательных для прочтения художественных произведений, а на умение применять полученные знания – например, уметь интерпретировать незнакомые тексты различных жанров и стилей.

Какие нужны шаги

Сопоставление российской и зарубежных систем школьного образования необходимо не для расширения кругозора, а для выработки комплекса мер по совершенствованию нашего образования.

Уверен, некоторые меры позволили бы нашему школьному образованию совершить заметный рывок:

  • увеличение не декларируемой, а реальной заработной платы школьных педагогов, особенно в регионах; нынешние зарплаты не привлекательны для лучших выпускников педвузов, а на математические, физические, химические факультеты региональных педвузов идут, как правило, выпускники школ, которые в состоянии решить лишь половину заданий ЕГЭ;
  • сокращение раздутых штатов региональных и федеральных департаментов, министерств и ведомств, обслуживающих не российское образование, а самих себя;
  • предоставление большей самостоятельности школам и педагогам;
  • резкое уменьшение объема бумажной работы, которой загружены учителя и школьная администрация;
  • полный отказ от непрерывных проверочных работ, превративших образовательный процесс в школах в натаскивание на выполнение очередной работы, нужной лишь для оправдания существования огромной армии чиновников.

По поводу “бумажной работы”. Для авторов этого сайта это самая умилительная жалоба учителей. Почему? Потому что большинство из них не владеет компьютером, в частности, MS Office, от слова “совсем” – и потому делают ручкой на бумажке то, что можно в 10, а то и в 20 раз быстрее сделать с применением Word и Excel. Но учиться не хотят. Или не могут? А за что тогда платить даже 2500 евро, не говоря уже о 5000?

Я далек от мысли, что подобные меры дадут мгновенный эффект, но они точно приведут к оздоровлению климата в образовательных организациях и позволят педагогам сосредоточиться не на выживании и работе на и для чиновников, а на решении главной задачи – обучении детей.

Резюме

Исследователи из Московского городского педагогического университета, переводившие и внимательно изучавшие финский образовательный стандарт, считают, что нам обязательно нужно изучать как финский, так и мировой образовательный опыт, но ни в коем случае не стоит бездумно пытаться его перенимать. Попытки полностью воспроизвести в российских условиях финскую, сингапурскую или вьетнамскую модели школьного образования, на мой взгляд, обречены на провал.

Российские учителя, хорошо знакомые с финской моделью школьного образования, отмечают, что отказ финнов от базовых фундаментальных знаний в пользу прикладного обучения практическим навыкам может через 25-30 лет обернуться непредсказуемыми и даже катастрофическими последствиями.

Универсального рецепта, гарантирующего воспитание успешного и востребованного в будущем человека, не существует. Кому-то в школе в большей степени подойдет обучение навыкам обслуживания туристов в отеле или ресторане, а кто-то всегда и везде будет стремиться получить глубокие академические знания. Задача государства – обеспечить каждому ребенку возможность выбора подходящей именно ему школы и образовательной траектории. Если для эффективного решения этой задачи целесообразно взять на вооружение какие-то идеи или методики национальных образовательных систем других стран, нужно обязательно это сделать.

0 0 голос
Рейтинг статьи