Плохая новость: возможно, вы в квалификационной яме ‒ как и почти половина россиян. Как выбираться из ямы, даже если там вроде бы и неплохо?

Наталья Шабрукова, главный редактор, ООО ГородРабот.ру, Йошкар-Ола, e-xecutive.ru


«Почему вы хотите работать у нас?», ‒ спрашивает эйчар. Соискатель придумывает тысячу и одну причину, но не говорит правду: «Потому что мне нравится зарплата».

Мы провели в 2020 году много опросов о работе и теперь можем сказать точно:

  • работу в России любят прежде всего за зарплату (39% опрошенных);
  • платят слишком мало (71%);
  • на работе можно стерпеть все, потому что другую работу не найти (34%).

Выглядит не очень оптимистично.

Консалтинговая компания The Boston Consulting Group (BCG) считает, что в России высокий уровень «трудовой бедности» ‒ когда денег мало не потому, что не работаешь, а потому, что зарплата низкая. BCG объясняет и причину ‒ это «низкая социальная и профессиональная мобильность работников. Россия занимает 81 место в международном индексе социальной мобильности и 106 ‒ географической».

По данным последнего отчета BCG, 45% работающих россиян находятся в квалификационной яме ‒ почти у половины работников квалификация не соответствует должности.

Что такое квалификационная яма и чем она опасна

«Квалификационная яма» в оригинале звучит как «skills mismatch», то есть несоответствие навыков. Работает в обе стороны ‒ есть работники с недостаточной квалификацией и работники со слишком высокой квалификацией для занимаемой должности.

В первом случае работник вредит компании, во втором ‒ самому себе. И в обоих случаях ‒ экономике страны. По оценкам BCG, квалификационная яма создает «скрытый налог» на мировую экономику ‒ производительность труда снижается.

В разных странах доля работников с квалификацией, не соответствующей должности, ‒ от 17% до 52% работающих.

Квалификационная яма влияет не только на экономику. Она тянет вниз и науку, и самосознание общества. Вспомним нашумевшую рекламу Delivery Club ‒ «ваш заказ доставит учитель литературы», «ваш заказ доставит заслуженный артист России», «ваш заказ доставит репортер».

Что такое квалификационная яма и чем она опасна

Медицина, образование, наука, сельское хозяйство, производство ‒ важнейшие для страны сферы, но зарплаты в них ниже средней.

Вот средняя зарплата в российских вакансиях за декабрь 2020 по данным GorodRabot.ru:

  • наука, образование ‒ 22 957 рублей в месяц;
  • медицина, фармацевтика ‒ 35 772 рубля в месяц;
  • производство ‒ 39 130 рублей в месяц.

При этом средняя зарплата по России за декабрь 2020 года ‒ 40 494 рубля.

Что такое квалификационная яма и чем она опасна

Специалисты, потратившие от 3 до 6 лет на обучение, работают курьерами, водителями, охранниками, кассирами, продавцами, менеджерами по продажам.

Средняя зарплата медсестры в поликлинике ‒ 21 569 рублей, воспитателя в детском саду ‒ 19 073 рубля, а курьерам в вакансиях обещают платить 38 805 рублей.

Мы проанализировали резюме охранников на GorodRabot.ru ‒ 19% соискателей имеют высшее образование. Среди кандидатов на должность охранника без лицензии ‒ юрист, учитель истории, экономист, техник по самолетостроению, токарь, техник газоснабжения, технолог ЧПУ, слесарь-судоремонтник, инженер-механик, энергетик, ремонтник горного оборудования.

Проблема в том, что технолог может работать охранником, а вот охранник вряд ли справится с обязанностями технолога. Сегодня в России много «overqualified» работников, а завтра это обернется дефицитом квалифицированных кадров: зачем получать образование, если можно зарабатывать, и неплохо, уже сейчас.

Как решить проблему в идеале

Быстро решить проблему квалификационной ямы не получится. Нужны глобальные реформы образования, системы оплаты труда «бюджетников» ‒ полицейских, врачей и учителей, службы занятости и много чего еще.

Вот, например, какие принципы предлагает сделать базовыми для рынка труда Казанская декларация, поддержанная WorldSkills International:

  • Навыки будущего для каждого. Имеются в виду базовые и когнитивные навыки, социально-культурные, зеленые и цифровые компетенции.
  • Осознанное развитие.
  • Равные и справедливые возможности ‒ для всех независимо от образования, жизненной ситуации, физического состояния или социального статуса.
  • Мобильность компетенций. Гибкие форматы работы и/или удаленная (виртуальная) занятость ‒ для каждого.
  • Признание ценностей и уважение личности.

Увы, пока эти принципы только «на бумаге». Но кое-что мы можем сделать ‒ и для себя, и для своих детей.

Если навыков недостаточно

По данным BCG, технические навыки устаревают уже за 3‒5 лет. Рабочий софт обновляется чаще ‒ сегодня еще Excel, а завтра уже CRM.

Пандемия дала возможность и время оценить и подтянуть свои навыки. С марта 2020 на платформе Coursera, например, число записавшихся на онлайн-курсы выросло на 430% по сравнению с прошлым годом.

Самым большим спросом на платформе у россиян пользовались курсы «Нейролингвистика» (СПбГУ), «Основы программирования на Python» (НИУ ВШЭ), «Научитесь учиться: мощные умственные инструменты, которые помогут вам овладеть сложными предметами» (Университет Макмастер и Калифорнийский университет), «Английский язык для развития карьеры» (Пенсильванский университет) и «Наука о благополучии» (Йельский университет).

Выбрать действительно полезный курс непросто. EdTech растет стремительно: в 2019 году в России появилось такое же количество онлайн-школ, что и за предыдущие 10 лет.

Lifelong learning ‒ обучение в течение всей жизни ‒ это новая реальность, которую придется принять всем.

Кассиров, охранников и водителей, таких востребованных сегодня, будет все меньше и меньше. Возможно, пора вспоминать полученное образование, освежать навыки или проходить переквалификацию.

На волне пандемии и безработицы, кстати, можно пройти бесплатное обучение с помощью службы занятости ‒ с 2021 года такую возможность получили не только предпенсионеры и женщины в декрете, но и остальные безработные.

Если квалификация избыточна

Если проблема ‒ избыточная квалификация, решение одно: искать работу, которая отвечала бы вашим возможностям.

Поиск работы облегчают две тенденции рынка труда:

  • диджитализация всех сфер;
  • массовый переход на удаленную работу.

Переход в «цифру» и рост популярности удаленки позволяют искать работу за пределами региона ‒ где она есть, и где за нее лучше платят. Оказалось, что в онлайн можно перевести почти все ‒ и образование, и в какой-то степени медицину, даже ивент-индустрию.

Онлайн сейчас работают няни, врачи, аниматоры, технологи, учителя, фитнес-тренеры ‒ хотя год назад это казалось невозможным, неудобным и ненужным.

Прямо сейчас в России почти 40 тыс. вакансий для удаленщиков по данным GorodRabot.ru. После весны 2020 года и работодатели, и работники поняли ‒ трудиться удаленно можно и даже без ущерба для качества.

Правда на горизонте маячит новая проблема ‒ отток квалифицированных кадров из регионов в столицу или вообще за рубеж. Разработчику из Волгограда, например, в родном городе предлагают среднюю зарплату 54 782 рубля, а в Москве ‒ 108 638 рублей.

Легче предупредить, чем лечить ‒ и как это сделать

В квалификационную яму никогда не попадет тот, кто постоянно учится и не боится перемен.

А еще желательно понимать, куда двигаться дальше. Сегодня нельзя выбирать вуз/колледж «поближе к дому», «вместе с Таней» или «куда конкурс меньше».

У родителей масса возможностей, чтобы узнать склонности ребенка уже в раннем возрасте ‒ или хотя бы годам к десяти. И уже выстраивать «образовательную траекторию» ‒ самим или со специалистом.

Самое важное ‒ научить учиться, чтобы легко адаптироваться «в условиях неопределенности и быстрых изменений на рынке труда».

Работа становится проектной ‒ многие эксперты уверены, что будущее за фрилансом. Работники станут самозанятыми и будут выбирать проекты по душе.

2020 стал годом самозанятых ‒ ФНС сообщает, что каждый день регистрируются около 5000 человек. В России уже 1,5 млн самозанятых. Зарегистрироваться просто, налоговых деклараций не надо, а чтобы войти в систему достаточно смартфона.

На смену стабильности и квартальным премиям придет «мультикомпонентная занятость», когда работник одновременно ведет несколько проектов для разных компаний. Это непривычно и пока страшно ‒ нет никакой уверенности в завтрашнем дне.

Но это ‒ будущее.