Высшая школа экономики опубликовала двухтомный «Мониторинг экономики образования» за 2020 год, в котором исследовалась сфера образования в период пандемии COVID-19. В нём опубликована любопытная глава, в которой описывается основной тезис — дистанционка обнажила социальное неравенство в сфере образования.

Высшая школа делового администрирования, Яндекс.Дзен

Исследователи отметили, что разделение семей произошло по уровню начальной подготовки и последующей адаптации к онлайн-формату обучения. На это повлияли и социально-экономическое положение родителей, и их профессиональный статус, и условия проживания.

Так проще всего на дистанционке было тем детям, у которых работа предполагала нерутинные действия и большую автономию на рабочем месте. Благодаря этому родители имели возможность помочь и организовать обучение детей, адаптироваться и решить трудности с новым форматом взаимодейтсвия с учителем. Даже наличие свободных комнат, компьютера или хорошей связи не сыграло столь значительную роль, как поддержка мам и пап.

Дистанционное обучение выявило социальное неравенство в образовании

— В интервью была выявлена взаимосвязь между характером труда родителей и готовностью детей к  саморегулируемому обучению. В  преимущественном положении оказались ученики из  семей, где профессиональная деятельность родителей предполагала нерутинные действия и  большую автономию на  рабочем месте. Дети в этих семьях чаще всего обладали необходимыми умениями для саморегулируемого обучения: могли ставить учебные цели и задачи, выделять приоритеты, управлять собственным временем, мотивировать и контролировать себя, — отмечается в исследовании.

Увидеть в дистанционке преимущества смогло наименьшее число опрошенных семей. Эта малая часть респондентов были бы не против сохранить некоторые аспекты дистанционной работы. В основном это семьи с гибким графиком работы и работой связанной с принятием решений. Таким семьям дистант понравился так как позволил планировать время и встроить обучение в жизнь ребёнка, а не подстраиваться под него. Кто-то из детей дистанционно занимался успешнее и с большим интересом, чем оффлайн.

Пример 1. Семья девушки С., 16 лет. Оба родителя музыканты-педагоги

Во время дистанта мама помогала дочери составить расписание, чтобы успеть все и по общеобразовательной программе, и по музыкальной. Оба родителя всегда готовы помочь по  большинству предметов. Девушка С. стала успевать на дистанте больше.

Мама ребенка комментирует: «У нас не было такого, что мы по расписанию садились к  компьютеру и  подключались к  урокам, нет. У нас была другая система и нам она очень понравилась … Мы сами как хотели, так и расписывали, когда, к какому дню что делать, какие задания в первую очередь, какие требуют объемного материала, поиска или еще что-то. Мы планировали фактически неделю. Вот нам на неделю отправляли полотно с заданиями, мы его мозговым штурмом, с маркером в руках отмечали, что первично, что вторично… Замечательно, когда все делаем, но строим свое расписание так, как нам надо».

Пример 2. Мальчик С., 11  лет, живут вдвоем с матерью. Мать –  юрист в городской администрации.

Характерно, в этой семье сын учится в обычном формате без интереса, но увидел преимущества («загорелся») в  дистанционном обучении. Мать С. комментирует: «Моего ребенка это вполне устроило. <…> Было право выбора: сегодня я делаю или завтра я делаю. Больше определял сам свой процесс учебы: когда ты сделал, когда ты не сделал. То есть все опять же оборачивается к тому, что больше возможностей выбора. Поэтому он чувствовал себя комфортно. Мне было <с сыном> морально проще».

Однако главный вывод, к которому пришли исследователи, в том, что дистанционка показала большой разрыв в образовательном неравенстве, который проявляется из-за уровня образования, загруженности, доходов родителей.

— Дистанционный формат обучения обозначил новую линию социального расслоения. В  выигрыше оказываются семьи, в  которых родители заняты преимущественно автономным и  нерутинным умственным трудом. Эти родители легче адаптируются к новым обстоятельствам и готовы помогать детям преодолевать трудности в обучении, в том числе поддерживать навыки саморегулируемого обучения (умения учиться). Наличие свободных комнат, компьютеров для детей и времени родителей –  фактор важный, но не всегда первичный, — пришли к выводу исследователи.

«Фонд Сегаловича» (Яндекс) и Институт образования НИУ ВШЭ подготовили доклад «Цифровой переход: опыт педагогов и образовательных организаций в России и мире». Авторы проанализировали, какие вызовы стоят перед современным онлайн-образованием, и на примере российских и зарубежных кейсов показали возможные пути решения проблем.

sberuniversity.ru


Образовательное неравенство

Многие с оптимизмом ждали, что цифровые технологии предоставят равные возможности для всех и откроют доступ к качественному образованию мирового уровня. Однако пока цифровизация, напротив, усиливает социальное расслоение из-за различий в материально-техническом обеспечении.

Менее обеспеченные студенты чаще не могут найти удобного места для занятий. У них возникают проблемы с интернетом и нет подходящей техники для дистанционного обучения.

  • 60–70 % не имеют отдельного компьютера
  • 25 % не имеют выхода в интернет

Пути решения:

  • осуществлять адресную социальную помощь;
  • передавать малообеспеченным студентам необходимую технику во временное пользование;
  • организовать бесплатный доступ к цифровым библиотекам;
  • поддерживать учебные учреждения в разработке цифровых обучающих программ и внедрении новых форматов обучения;
  • разработать инструменты для самостоятельной оценки цифровых навыков и компетенций;
  • предложить сервисы для индивидуального подбора курсов для развития цифровых навыков.

Цифровые компетенции преподавателей

С приходом пандемии многие учителя не были готовы к работе в онлайн- и смешанных средах. Особенно это касается регионов — у них нет доступа к программам развития, из-за чего они сильно отстают по уровню цифровой грамотности. Так, почти все московские преподаватели проводили дистанционные занятия в режиме реального времени, а педагоги из регионов в основном обращались к заочному обучению.

Региональная работа по формированию цифровой образовательной среды проводится несистемно и с меньшими ресурсами, чем в регионах-лидерах .

Чаще всего преподаватели проходят программы по повышению квалификации в своём же вузе. При этом требование руководства — главная мотивация к записи на такое обучение. При поиске материалов преподаватели также выбирают самый простой и короткий путь:

  • 70 % — наработки своего университета
  • 33 % — онлайн-материалы других организаций
  • 10 % — практики зарубежных университетов

Пути решения:

  • оценить имеющийся уровень компетенций и приоритетно работать с теми регионами или учреждениями, где дефицит навыков особенно велик;
  • создать комплексную цифровую инфраструктуру в школах, которая предоставит качественную техподдержку, практические решения и методики;
  • регулярно повышать квалификацию, используя опыт внешних организаций.

Организация онлайн-образования

Несмотря на опыт дистанционного обучения и улучшение отношения к технологическим решениям, педагоги придерживаются традиционных подходов к образовательному процессу. Среди проблем — отсутствие индивидуального подхода, использование традиционных офлайн-методик и ненадёжные способы оценки полученных знаний и навыков.

Пути решения:

  • персонализировать обучение при помощи адаптивных образовательных платформ — например, Sqirell AI (Китай), ALEKS (США), Century (Великобритания), Учи.ру, СберКласс, ЯКласс, Skyeng, Яндекс.Учебник (Россия);
  • инвестировать в программы профессионального развития преподавательского сообщества;
  • использовать адаптивное тестирование, в котором следующее задание выбирается на основе предыдущих ответов, и игры, где студента помещают в контекст проблемной ситуации, чтобы по его поведению судить о сформированности навыков;
  • применять для контроля рандомизацию заданий, синхронную сдачу тестов, технологии безопасных браузеров, которые не позволяют копировать задания и переходить на другие ресурсы, и прокторинг.